gototopgototop

Журавлев Михаил Николаевич

  Михаил Николаевич не строил свои предприятия. Они достались ему в наследство от отца, которого министр путей сообщения России П.П. Мельников называл рыбинским «царьком». Сын так усовершенствовал работу заводов, фабрики и пароходства, что в несколько раз увеличил унаследованные миллионы.

 За образец Михаил Николаевич взял организацию промышленности в Великобритании, самой передовой стране мира середины девятнадцатого века.

 Основой благосостояния Великобритании стал расцвет промышленности, начавшийся во второй половине XVIII века после изобретения паровой машины. Составляющими промышленного роста стали каменный уголь и железная руда, по добыче которых британцы занимали первое место в мире. Старейший в мире рудник, разрабатывавшийся с 1252 года, находился в Ньюкасле. Уголь экспортировался во многие страны мира, в том числе и в Россию.

 На базе промышленного роста бурно развивалась торговля. В1806-1814 годах Наполеон I пытался ввести против Великобритании континентальную блокаду - систему экономических и политических мероприятий, направленных на разрушение торговли противника. Однако бло¬када привела к прямо противоположным результатам, и в середине XIX века британцы имели торговый флот, превосходивший другие и по ко¬личеству кораблей, и по объему грузоперевозок.

 В 1859 году Николай Михайлович Журавлев отправил сыновей Михаила и Ивана учиться в Великобританию. Там братья изучали математику, слушали лекции по химии, физике, естественной истории, геологии, минералогии, прикладной механике. Во время учебы Михаил вел дневник на английском языке. Этот дневник сохранился и находится в Рыбинском архиве.

 В 1872 году, когда отец скончался, Михаил Николаевич взял руководство делами в свои руки, и начал претворять в жизнь увиденное в Великобритании. В Лондоне он не только научился организации производства, но еще и сделал важнейший вывод: «Чем выше уровень жизни рабочих - тем лучше они работают!»

 Село Абакумове в пяти верстах от Рыбинска, где находились журавлевские предприятия, Михаил Николаевич превратил в маленькую Англию. Его рабочие и служащие получали большую, чем в городе, заработную плату. Канатная фабрика дважды горела, но каждый раз Михаил Николаевич восстанавливал производство, не увольняя рабочих.

 В Абакумове Михаил Николаевич построил здание начального училища. Абакумовская церковно-приходская школа находилась в просторном, светлом каменном доме, принадлежавшем М.Н. Журавлеву, и содержалась на его средства. Если абакумовские дети хотели учиться в городе, Михаил Николаевич оплачивал их учебу в Рыбинске.

 Рабочие платили Михаилу Николаевичу добросовестным трудом и преданностью. В 1897 году, когда М.Н. Журавлев отмечал двадцатипятилетие самостоятельной деятельности, он получил от канатной фабрики приветственный адрес: «Дорогой наш хозяин Михаил Николаевич! В настоящую минуту Вы видите около себя Ваших служащих, которые собрались помолиться и поздравить Вас, так как прошло двадцать пять лет с тех пор, как Вы приняли огромное дело после умершего Вашего батюшки и как с того момента до настоящего времени Вы неутомимо, не щадя ни сил, ни здоровья, работали...».

 За заслуги в развитии промышленности, торговли и судоходства М.Н. Журавлев был награжден многими орденами, имел высшее для купца звание коммерции советника и чин действительного статского советника (генерал-майор по военной Табели о рангах).

 В 1908 году, когда Россия принимала участников Первого международного судоходного конгресса, на встрече в Рыбинске речь перед крупнейшими судовладельцами мира произнес на французском языке М.Н. Журавлев: «Не без гордости смотрим мы на то, что Ваше путешествие по Волге Вы начинаете с Рыбинска». В ответ председатель конгресса сказал: «Михаил Николаевич сделал очень много не только для биржевого общества, но и для всего всемирного судоходства».

 Много благотворительных деяний сделал М.Н. Журавлев и для Рыбинска. Он способствовал постройке бесплатной больницы для судорабочих, возглавлял попечительский совет коммерческого училища. Незадолго до кончины Михаил Николаевич завещал 75000 рублей на строительство за рекой Коровкой нового православного храма. Для сравнения: швейная машина в то время стоила 75 рублей. По этому же завещанию выделялись средства на строительство в Рыбинске Народного дома.

 Так назывались в дореволюционной России просветительные учреждения клубного типа. Народный дом обычно объединял библиотеку-читальню, чайную и зал для спектаклей. При крупных Народных домах имелись драматические и оперные студии, спортивные кружки. В городах Народные дома предназначались для рабочих, в сельской местности - для крестьян. М.Н. Журавлев являлся членом Ярославского епархиального комитета Православного миссионерского общества. До 1870 года • это общество называлось «Миссионерское общество для содействия распространению христианства между язычниками». В 1896 году в стране было 44 епархиальных комитета общества. Они вели сбор средств на деятельность общества.

 Благотворительная деятельность М.Н. Журавлева выходила далеко за границы города и губернии. В 1878 году в просторном зале Рыбинской биржи великие князья Сергей и Павел Александровичи, Константин и Дмитрий Константиновичи торжественно приняли от Михаила Николаевича Журавлева 10000 рублей для семейств воинов, павших в Русско-турецкой войне 1877-1878 годов.

 М.Н. Журавлев был членом попечительского совета приюта принца П.Г.Ольденбургского, предки которого прибыли на русскую службу из Германии в XVIII веке при Петре III. Петр Георгиевич Ольденбургский (1812-1881 гг.) был сенатором и членом Госсовета. Управлял всеми благотворительными учреждениями ведомства императрицы Марии. Создал в России 392 благотворительных заведения. За эти заслуги ему воздвигли в Санкт-Петербурге, на Литейном проспекте, памятник с надписью «Просвещенному благотворителю».

 На рубеже XIX и XX веков в стране начался сбор средств на строительство первого в Москве музея зарубежного искусства. Дело возглавил профессор Московского университета И.В. Цветаев - отец великой поэтессы. В 1912 году новый храм культуры, названный «Музеем изящных искусств», торжественно открылся. Один из залов музея оформили на средства рыбинца М.Н. Журавлева. Сейчас это всемирно известный Музей изобразительных искусств им. А.С. Пушкина.

 В свободное время в Великобритании Михаил Николаевич ходил в музеи, театры, на концерты, сам играл на фортепиано, читал в подлиннике Чарльза Диккенса, увлекался шахматами и шашками, научился отлично играть на бильярде. Познакомившись с многообразием британской культуры, молодой рыбинец делает вывод: «Хотя я не люблю англичан, но образ жизни их один из лучших. Они умеют жить, понимают жизнь и наслаждаются ею вполне. Чего же еще нужно человеку?».

 Более всего понравились Михаилу Николаевичу конные бега. Он пишет: «В среду ездили на скачки. Этот день у англичан чисто народный праздник. Парламент закрывается, клерки по большей части не являются в свои офисы под предлогом болезни. Одним словом, всякий едет на скачки». В Абакумове М.Н. Журавлев воплотил в жизнь эту страсть англичан. У него был конный завод, где выращивались породистые скакуны. Его жеребцы Ловчий, Бедовый, Богатый, кобыла Чванная регулярно брали призы на скачках в Москве и Санкт-Петербурге.

 В Абакумове М.Н. Журавлев построил великолепный жилой дом и окружил его прекрасным садом. В Рыбинском архиве хранится опись вещей, находившихся во всех тридцати комнатах дома. Читая опись, поражаешься, что у этого человека, одного из самых богатых людей России, в жилище нет кричащей роскоши. В доме все рационально, имеются только вещи, необходимые для жизни. Самое почетное место в кабинете хозяина занимала икона Николая Чудотворца, подаренная ему рабочими.

 Осмелюсь предположить, что это безразличие к роскоши пришло к Михаилу Николаевичу в 1859 году, когда по пути в Лондон он побывал в Зимнем дворце, где в неприкосновенности соблюдалась комната Николая I, умершего четыре года назад. Михаил Николаевич пишет в дневнике: «...видел кабинет покойного Николая I, в котором он скончался. Очень маленькая комнатка и очень просто убранная. Складная железная постель стоит посреди комнаты к стене, тюфяк, две подушки, очень простенькое одеяло, в ногах плащ, истертый ковер и развалившиеся туфли, служившие ему бессменно с 1816 года».

 Личная жизнь Михаила Николаевича сложилась непросто. Первый раз он женился в сорок лет. Отъезд в Великобританию разлучил его с первой любовью, которую он не мог забыть более двух десятилетий. Он вспоминает в дневнике: «...год назад был на Юге, в монастыре, и был там не один. Отправились к обедне и, грешный человек, я не столько молился, сколько смотрел на Н. Я не спускал с нее глаз, следил за всеми ее движениями, даже за тем, в какую сторону обращались ее глаза. Она не обращала на меня ни малейшего внимания. Я ошибался. Она молилась не более моего... Я целовал ее руки в коридоре, сидя на лавочке, а она твердила: «Зачем это?». Как сладко и приятно вспоминать, и как грустно, когда возвратился к той мысли, что все это улетело, прошло безвозвратно. Можно ли забыть этот день, который был первым днем моей весны!».

 Хотя утешиться в то время в Лондоне можно было на каждом углу. Вновь не могу удержаться от цитирования строк дневника: «На Регент-Стрит подходит ко мне девка: «Угостишь ты меня пивом или коньяком?» - «Нет». - «Почему же?» - «Да потому, что у меня всего три шиллинга в кармане». При последних словах девка, как стрела, пустилась от меня, и до моих ушей долетело только слово «черт!». Я хохотал от чистого сердца, смотря вслед разочарованной публичной фее».

 В завершение публикации, уважаемые читатели, разрешите рассказать о случае, происшедшем на знаменитой Нижегородской ярмарке. У Михаила Николаевича была традиция: в день приезда на ярмарку давать званый ужин для знакомых. Однажды, приехав в Нижний, он узнает, что здесь гастролирует цыганский хор. Решил пригласить цыган на свой вечер. Но узнает, что хор уже ангажирован на такой же вечер Саввы Морозова. Между Михаилом Николаевичем и Саввой Тимофеевичем начинается торг. Савва обещал заплатить цыганам тысячу рублей. Михаил Николаевич дает две тысячи. Савва - три, Михаил Николаевич - четыре... Так дошли до десяти тысяч. Этот абзац в огромной подарочной книге об истории Нижегородской ярмарки заканчивается так: «Победил гордый рыбинец!».

Зав. сектором истории края А.Б. Козлов